Операций по пересадке органов делают намного меньше, чем нужно

В Москву съехались врачи, которые помогают неизлечимо больным людям, когда единственным выходом остается пересадка или создание искусственных органов. Каждый год число таких сложных операций в России увеличивается на сотню. Но тех, кто ждет своей очереди на спасение, гораздо больше.

Его сердце — у него в руках. В небольшом чемоданчике Виктор возит насосную систему, от нее по трубкам, ведущим прямо в грудь, бежит кровь — это и есть его сердце. Точнее то, что его заменило, когда отказало свое.

Виктор Негодяев: «Очень удобно, и на улице нет проблем, с ним нет никаких стеснений в передвижениях. Раньше ходил с большим: больше 100 кг, на 4 колесах».

Единственная надежда обрести сердце, которое будет биться внутри, а не снаружи, для Виктора — трансплантология. Ее часто сравнивают со спортом высших достижений, только в медицине эта отрасль вобрала в себя самые современные технологии и лучшие кадры.

Раз в 2 года они собираются, чтобы понять, куда двигаться дальше. На 5-й съезд трансплантологов съехалось больше 500 врачей со всей страны. Начали, конечно, с успехов — российские врачи наряду с традиционными почками, печенью и сердцем, стали пересаживать поджелудочную железу, легкие и готовятся вживлять не органы, а клетки.

На столе у главного трансплантолога России — календарь сделанных операций. Всего с начала года только в одном центре — 180. В целом по России количество пересадок каждый год растет на сотню, но нуждаются в них тысячи — 5-6, к примеру, ждут почку, около 1,5 — сердце.

Во Всемирной организации здравоохранения, тоже представленной на съезде, отмечают, что российская трансплантология шагает вперед, но шаги эти пока черепашьи.

Люк Ноэль, координатор Департамента высоких медицинских технологий Всемирной организации здравоохранения: «Мы видим, что Россия — страна, которая чувствует ответственность за эту сферу и имеет медицинский потенциал. Основная задача — выстроить систему донорства, исключающую трансплантационный туризм и торговлю органами».

Российские врачи признают, что главная проблема — не как имплантировать орган, а где его взять. Несмотря на то, что в нашей стране по закону не нужно получать согласие человека при жизни, чтобы забрать его орган после смерти, система не работает.

Сергей Готье, директор Федерального научного центра трансплантологии и искусственных органов им. академика В.И.Шумакова: «Когда констатируется смерть, здесь создается препятствие, потому что в законе нет основ принуждения к тому, чтобы дальше реаниматолог позвонил трансплантологу и сказал: у меня есть смерть мозга, приезжайте, оценивайте. Этот механизм в законе не прописан».

Кроме него, законодательно не прописаны и другие механизмы — в детской и клеточной трансплантологии. В России до сих пор запрещено детское донорство, в котором нуждаются тысячи малышей. А закон о биотехнологиях, который должен был регламентировать самую перспективную область медицины, пока не принят. Но врачи все равно ведут работу — пусть на уровне теории и экспериментов и только доступными способами.

Алексей, пациент: «Я ждал сердце около 2 лет. Мне позвонили 13, и 14 ночью сделали пересадку».

После этого у Алексея остался большой шрам на груди, но в ней бьется здоровое сердце. Он стал двухсотым, кому сделали эту сложнейшую пересадку. Алексей все время молится за того, от кого получил самый важный орган.

На сцене — те, кто подарил часть себя. На съезде им вручают благодарности и награды, а они благодарят врачей и говорят только о том, что для них главная награда — жизнь спасенных ими людей.

Комментарии закрыты.